«Не подписывайтесь на Change.org!» Как работают петиции в Беларуси и что c ними будет после трагедии в Печах

Пишет интернет-журнал о Минске CityDog.by:

Вместе с Лабораторией цифровых свобод Human Constanta продолжаем рассказывать о правах человека online. Сегодня говорим о петициях как крутом инструменте решения городских и социальных проблем.


Митинги и акции протеста – не такое уж распространенное явление в современной Беларуси: слишком часто они заканчиваются «сутками». Но белорусы ищут другие способы влиять на власть и добиваться изменений. Многие относятся к петициям с большим сомнением – и напрасно. Сегодня мы расскажем, как правозащитники меняют законы при помощи петиций и почему это может сделать каждый. А особое внимание уделим трагедии в Печах – петиция по этому поводу набрала больше 10 000 подписей, после чего сайт Zvarot.by, где собирали подписи, был заблокирован.


АНДРЕЙ СУШКО
эксперт Лаборатории цифровых свобод Human Constanta

– В нашем законодательстве термина «петиция» не существует. Грубо говоря, под ней понимают коллективное обращение по какому-то важному и значимому для большинства вопросу. И чаще всего с петициями обращаются в Парламент, то есть законодательный орган. Например, с предложением внести значимые изменения в жизнь государства.

Петиция по своей сути – это право человека обратиться к власти и не понести за это какую-либо ответственность. Ведь были времена, когда за обращение человека к королю могли отрубить голову с пометкой: «Обращение рассмотрено, нечего нам рассказывать, как благоустраивать территорию и занижать бордюры».

Эти идеи идут со времен Билля о правах, а право на обращение было закреплено в Конституции США 1789 года. Например, в этой Конституции есть интересная формулировка: «Люди имеют право на обращение к государству в поддержку или против какой-либо политики, в отношении которой они имеют возмущение». То есть люди, которые чем-то возмущены, могут выражать свое мнение в форме коллективного обращения и петиции к государству.

«Хотите достучаться до белорусских чиновников – не подписывайтесь на Change.org»

По моему опыту, петиция создает некий общественный резонанс, и тогда чиновник или госорган, исходя из количества подписавшихся, может задуматься и обратить свое внимание на вопрос. Хотя юридически в Беларуси количество подписей значения не имеет: хоть одна будет, хоть несколько тысяч. Во многих странах – в тех же Украине или России – существуют государственные порталы, где количество подписей подразумевает обязательное рассмотрение парламентом или парламентской комиссией. А в наших реалиях грамотно составленное обращение может иметь больший вес, чем петиция с десятками тысяч подписей.


Самые популярные в Беларуси платформы по созданию петиций и сбору подписей – это Change.org, Zvarot.by и Petitions.by. Хотя уже многие годы я говорю: если вы хотите достучаться до белорусских чиновников, не создавайте и не подписывайте петиции на Change.org. По нашему законодательству, подписывая обращение, вы должны указать имя и свой адрес. Но на этой платформе собирают только ваши имена, а значит, госорганы не обязаны рассматривать такие петиции. Были случаи, когда люди, собрав на этой платформе большое количество подписей, сталкивались с тем, что такое обращение не соответствует требованиям и не может быть принято к рассмотрению. Поэтому в данном контексте уместно высказывание: «Купляйце беларускае».

Мы давно говорим о необходимости создать механизм, когда при сборе определенного количества подписей петиция была бы обязательна для рассмотрения в белорусском парламенте. Чтобы вопрос решал не человек, который зачастую ответственен за такое недовольство граждан, а рабочая группа. К тому же протокол после вынесения решения может быть доступен каждому, то есть люди смогут ознакомиться с позицией членов этой рабочей группы.

«Если подписей много – могут не отвечать всем»

По закону, коллективным признается обращение, если его подписали два и более человека. Но если госорган получает 10 и более схожих или одинаковых обращений, то в этом случае у него есть законодательное право опубликовать ответ на официальном сайте без личных ответов либо выслать письменный ответ первому в списке подписавшихся.

Письменное обращение должно быть рассмотрено не позднее пятнадцати дней, а обращения, требующие дополнительного изучения и проверки, – не позднее одного месяца. Если вы направили петицию не в тот орган, то и об этом вас должны известить.

«Петиция – это только начало»

Петиция как форма – лишь маленький инструмент, который ничего не решает. Чтобы обращение имело вес, нужна грамотная кампания по сбору подписей, общению с местными властями и СМИ. Самое важное – это резонанс: например, ситуация с солдатом из Печей.

«Люди отвыкли от протестов, для которых нужно выходить на улицу»

В случае с петицией на Zvarot.by о трагедии в Печах, которую затем открыли на Petitions.by, мы увидели отличный пример того, как 10 000 человек объединились за очень короткий срок. Ведь сейчас люди отвыкли от протестов, для которых нужно выходить на улицу. Поэтому онлайн-пространство становится местом, где не только можно высказывать мнение, но и влиять на определенную политику государства – сейчас ведь вопрос решается на уровне президента. А это значит, что инструменты наподобие facebook и платформ Zvarot.by или Petitions.by мы должны развивать и поддерживать. И, конечно, наше общество нуждается в официальном портале петиций, которые не будут запрашивать дополнительного подтверждения имейлов и прочей ерунды, о чем говорило Минобороны и что является совершенно незаконным.


ВЛАДИМИР КАВАЛКИН
создатель Рetitions.by
– Платформа Petitions.by – мой личный проект, который я делаю со своими друзьями. Работает он фактически уже два года. Причиной послужило то, что молодые люди мало интересуются общественными проблемами, в том числе из-за нехватки времени – это же записываться на приемы, стоять в очередях и составлять длинные обращения. Тогда мы подумали, что такая платформа станет инструментом, который будет требовать минимум усилий с их стороны и давать максимум пользы. Его суть – вовлечь молодое поколение, сделать его социально-ответственным и научить взаимодействовать с нашей властью для решения общих проблем.

За четыре месяца мы сделали рабочий вариант сайта. Но основная фишка платформы в том, что мы задумывали ее как долгосрочный проект, куда со временем будут добавлять новые функции. Постепенно так и происходит: из сайта, где люди могут подписывать петиции, постепенно он превращается в социальный форум, где люди еще и общаются между собой.

«Платформа работает по всей Беларуси»

Во время нашего последнего обновления мы добавили все районные администрации, и теперь любой белорус, живущий далеко за пределами областного центра, может подавать петиции в свои местные органы власти.

Механизм сайта очень простой: после регистрации человек может создать петицию, затем выбрать черновую публикацию, во время которой с другими пользователями обсудить ее содержание и внести правки. Либо, если человек уверен в содержании петиции, можно сразу начать сбор подписей. После сбора подписей петиция отправляется по адресу государственного органа. Ответ может прийти нам, и тогда мы публикуем его, либо создателю петиции, который публикует ответ, чтобы подписавшиеся могли узнать о нем. Если проблема решена, то все довольны. Если нет, ответ можно обжаловать в вышестоящем органе.
 «После победы в Осмоловке чиновники пошли на попятную во всем городе»
Наши самые неудачные кейсы – это дела, связанные с политизацией проблемы. Если чиновник считает, что проблема политизирована, то шанс ее решить сводится к нулю. Дело в том, что такие петиции передают идеологам. А это люди, которые не решают никаких проблем, а пишут ответы в духе: «Наши деды воевали, и у нас все хорошо». Поэтому мы всегда рекомендуем писать максимально проблемно-ориентированный и технический текст и включать поменьше политических лозунгов.

Удачные кейсы чаще всего связаны с вопросами благоустройства двора, улицы, города, с изменением дорожной разметки и с ремонтом дорог. Из последнего громкого – это совместная с другими активистами и НГО победа, чтобы Осмоловка осталась. Это наша общая победа: благодаря петициям и тысячам подписей получилось доказать, что этот район важен для города. В связи с этим решением другие уплотнения в Минске были приостановлены: район «Розочки», Тракторного завода и Калиновского. Чиновники пошли на попятную, когда поняли, что люди больше не будут терпеть произвол и готовы бороться.

Наша задача – знакомить людей с активистами и НГО, которые занимаются решением многих проблем, чтобы гражданин не чувствовал себя одиноким в решении проблем, но в то же время был активным, самостоятельным, ответственным и добивался тех результатов, которых он хочет добиться.


ВЛАДИМИР МАХНАЧ
сооснователь и юрист платформы Zvarot.by 

– В 2012 году в белорусском законодательстве появилась возможность обращаться в государственные органы в электронной форме. Были определены обязательные реквизиты, которые нужно указывать в обращении: фамилия, домашний адрес и имейл. Фактически последние пять лет вы можете не выходя из дома подавать индивидуальные и коллективные электронные обращения в государственные органы, на которые они обязаны ответить по существу вопроса. Именно эти изменения стали основой для создания платформы Zvarot.by. На тот момент я только оканчивал юридический факультет, и меня фактически вовлекли в проект по разработке белорусской платформы по созданию петиций и сбору подписей. Тогда была известна международная платформа Change.org, но она не соответствовала требованиям электронного обращения в Беларуси. Наш сайт помогли создать знакомые программисты, а вся работа команды как тогда, так и сейчас – это волонтерство в свободное от работы время.

Почему обращения идут напрямую в госорган?

Наша платформа, как правило, работает с негосударственными организациями или инициативами, которые проводят кампании по решению общественных проблем. Мы позиционируем Zvarot.by как один из инструментов общественной кампании, сочетающей в себе информационный повод, коммуникацию с гражданами и чиновниками. В отличие от других подобных ресурсов у нас есть возможность перенаправлять индивидуальные обращения напрямую на имейлы государственных органов. Именно такой вариант для сбора подписей был выбран для петиции «Стоп дедовщина».

Почему мы не выбрали вариант со сбором подписей и коллективным письмом? Все просто: время – основной ресурс. В таких ситуациях важна оперативность. Если бы мы дожидались 10 000 подписей, вопрос уже был бы неактуален, а Следственный комитет мог закрыть уголовное дело. С другой стороны, мы понимаем, что, возможно, доставили проблемы сотрудникам из Министерства обороны. Хотя юридически мы не нарушаем закон, ведь законодатель предусмотрел такой вариант рассмотрения обращений: у госоргана есть право опубликовать ответ на однотипные обращения на официальном сайте.

Но был и такой кейс, когда Совет министров на 400 обращений, отправленных с нашей платформы на их электронную почту, дал ответ лично каждому и заказным письмом. Почему они это сделали, нам сложно сказать. Но после этого Совмин внес предложение в парламент, чтобы госорганы рассматривали только те обращения, которые отправлены через специальную форму на сайтах их ведомств, а не через электронную почту. Хотя такая форма есть не на всех сайтах ведомств. После серий публикаций в СМИ и обсуждения в парламенте это предложение было отклонено, поэтому сейчас люди могут отправлять обращения как через формы на сайтах, так и имейлы.

Положительный пример кампании в таком формате был несколько лет назад, когда шел сбор подписей за введение уголовной ответственности за жестокое обращение с животными. Генпрокуратура услышала просьбы граждан, пообещала выдвинуть это предложение на рассмотрение в Палату Представителей. И сейчас в уголовном кодексе есть соответствующая статья, по которой уже осуждено несколько человек.


«Мы восстановили Zvarot.by, но безопасность под вопросом»
Как нам объяснили, Министерство обороны пожаловалось в SpamCop, после чего наш сайт заблокировали. Когда мы убрали функцию отправки обращений на имейл Министерства и стали собирать коллективные подписи, доступ к сайту был восстановлен. Однако тут же наш сайт подвергся другим атакам: за несколько дней под двумя петициями подписалось более 60 000 ботов, что сильно тормозило сайт. И поэтому нами было принято решение временно закрыть доступ к Zvarot.by.

Гарантии, что на нашу платформу вновь не будет осуществлена атака, а это, как оказалось, сделать несложно, у нас нет. Сейчас портал восстановлен, он работает, но мы активно думаем над тем, как его модернизировать, чтобы подобных атак больше не повторялось. В качестве временной меры по защите мы установили капчу, которая защитит кампании от подписания петиций ботами. Ведь инфоповод для сбора подписей – это самое важное. Если каждая петиция будет так просто подвержена атаке, в этом не будет смысла. За каждой петицией стоит большая работа активистов с гражданами, СМИ и местными властями.


 АНДРЕЙ СТРИЖАК
инициатор кампании «Стоп дедовщина» и сооснователь Zvarot.by

– Кампанию «Стоп дедовщина» мы инициировали с моим коллегой Леонидом Судаленко. Он писал юридический текст, а я занимался продвижением. Дело в том, что мы с Леонидом уже не первый раз работаем по вопросу дедовщины в армии. Так вышло, что в начале этого года была ситуация с избиением и бегством из воинской части двух призывников в Брестской области. Над ними издевались, и они решили сбежать. Тогда ситуация получила такой оборот, что кроме увечий ребята могли получить еще и срок за дезертирство. Мы инициировали кампанию о том, что в части должен быть наведен порядок и наказание должны понести те, кто совершал издевательства. На тот момент Министерство обороны заявляло, что Леонид Судаленко очерняет белорусскую армию, но кампания получила положительный результат – ребята не были осуждены, а ситуация была разобрана на уровне части.

«Армия – место, где гибнут люди»

Ситуация с Александром Коржичем стала логическим продолжением этой кампании. То, как вопиюще ее пытались спустить на тормозах, взбудоражило не только правозащитников, но и общество.

Армия – это место, где гибнут люди, и это происходит в любой стране: в одном месте собрано большое количество молодых мужчин, которые далеко не всегда понимают, как выстроена иерархия, между которыми не всегда есть дисциплина и у которых не всегда есть достаточный уровень образования для того, чтобы качественно обслуживать технику, с которой они работают. Есть травмы во время стрельб, во время несения караульной службы – такова специфика армии как института. Но есть разница между гибелью солдата за границей, где это очень серьезная проблема, которую решают, и историей в Печах. То, что предприняло Минобороны после того, как поднялась волна возмущения, немного похоже на то, что должно было быть предпринято изначально. На мой взгляд, есть четыре фактора, объясняющих, почему смерть солдата в Печах не получилось спустить на тормозах:

Позиция родителей. С самого начала они четко дали понять, что не хотят и не будут замалчивать смерть своего сына, будут добиваться справедливости.

Расследования независимых СМИ. Сейчас у независимых СМИ есть своя принципиальная позиция относительно освещения подобных вопросов: «Еврорадио», «Наша Нива» и «Радио Свобода» проводили собственные расследования, искали похожие случаи и постоянно держали фокус внимания на том, что это не единичный случай, что солдаты гибнут при странных обстоятельствах.

Цивилизованное общество. Уже сейчас современное и цивилизованное общество попросту не приемлет практик, идущих из XIX века, когда избиение, насилие и психологическое давление были нормой для армии.

Петиции уже работают. Практика показала людям, что электронные обращения работают и помогают решить вопрос. И что всякого рода гражданская активность и сила большинства может фактически «заморозить» Декрет №3. Да, он не отменен, но он не работает так, как это предполагала власть, и 450 000 разосланных обращений не были оплачены.

«Администрация президента и Минобороны дали ответы на обращения»

На данный момент 9614 проверенных подписей были отправлены по четырем адресам: в Администрацию президента, в Совет Министров, в Палату Представителей и в Министерство обороны. И еще 3778 подписей собрано на сайте Petitions.by и отправлено по тем же адресам. На днях пришел ответ из Администрации президента о том, что наше обращение передано в Совет Безопасности на рассмотрение.

В ближайшее время мы получим ответы от остальных адресатов. Наверняка этот вопрос скоординирован между ведомствами. И ситуация с отставкой министра обороны и остальные требования, которые мы выдвигали, будут рассматривать на уровне Совета Безопасности.
Есть сложность с белорусскими властями, потому что не всегда понятно, кто и за что там отвечает и каким образом планировать дальнейшие действия. Но всё будет зависеть от ответа, который нам даст Совет Безопасности. Мы не питаем иллюзий в том, что отставка министра решит проблему дедовщины в армии, поэтому петиция – это только часть кампании «Стоп дедовщина».

Нужно понимать, что мы не против армии как таковой, что утверждает полковник Макаров из Минобороны. Мы за безопасную армию, когда обществу не нужно будет думать о том, как защитить своих граждан от белорусской армии. Наша армия должна защищать Беларусь, а не наоборот. И в этой ситуации мы выступаем как люди, которые поднимают на первый план проблему: «Армия должна быть безопасным местом, в котором молодые люди получают опыт защиты родины, а не опыт унижения, пыток, издевательств и психологических травм». И вопрос психического насилия, пожалуй, еще более проблемный, чем физического. Потому что сломленная воля человека восстанавливается сложнее и дольше, чем сломанная кость.

03.11.2017